295

Современные дети ищут национальную идею

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 34. АиФ-Нижнее Поволжье 22/08/2012
Фото: из личного архива Натальи Бузюмовой

Совсем чуть-чуть, и на календаре настанет 1 сентября. Школы, которые кажутся сейчас сонными, распахнут двери, и чисто наряженные школяры понесут цветы любимым учителям. А что такое современный школьник, что он читает и смотрит, каким он видит наше общество, есть ли в его жизни место добру и вечным ценностям?

Поговорить о детях и школе, а заодно и о том суматошном и циничном мире, в котором они растут, мы решили с школьным учителем истории Волгоградского лицея №8 Натальей Бузюмовой. 

Национальная скрепка 

– Три девочки из «Пуси райт» раскололи общество на непримиримые половины. Вы, как историк, как оцениваете это событие? 

– Как гражданин и человек я считаю, что это оскорбление. Для многих людей церковь – святое место, поэтому этот поступок сродни вандализму на кладбище. В нашей стране нельзя играть с верой. Вспомните раскол церкви. До сих пор многие не понимают, почему желание привести веру к единообразию окончилось тем, что люди сжигали себя, уходили от цивилизации, скрывались. 

Сейчас в России многие события вызывают сильный резонанс. Это говорит о нестабильности в обществе. И дети её тоже чувствуют. У нас есть дискуссионный клуб, где мы с ребятами не так давно рассуждали, что общество расколото, потому что нас нечем объединить, нет национальной идеи. И они тоже ищут решение. Так, они полагают, что подъём, некоторое единение нации, хотя бы на время, возможны на фоне спортивных достижений России – и прошедшая Олимпиада это подтвердила. С другой стороны, они резко против национальной идеи как насаждаемой идеологии…

– А вы в чём видите ту скрепку, которая скрепила бы наше расползающееся общество?

– Я бы начала с последовательности. Сейчас много говорят о патриотическом воспитании. Прекрасно. Есть даже программа. Но в то же время на предмет история отводят всего один час в неделю. Конечно, можно и за час многое дать. Но учитель поставлен в непростую ситуацию: с одной стороны, я должен влюбить в свой предмет, вызвать интерес к истории, а с другой – предоставить детям сухие факты, необходимые, чтобы они успешно сдали ЕГЭ. А большая часть вопросов по ЕГЭ – это «что, в каком году произошло». А как можно воспитать патриота без любви к истории своей страны? Вот этот год объявлен Годом истории. Год уже заканчивается, а кроме того, что был сделан упор на Отечественную войну 1812 года и 200-летний юбилей Бородинского сражения, больше ничего и не запомнится. 

А вообще я бы предложила в качестве национальной идеи нашу историю. Общество могло бы сплотиться через историю своих семей, своих предков. Но у нас всё делают урывками. То одно время была большая программа по родословной, составляли генеалогические древа, искали архивные данные. Потом всё забыли, пришло другое веяние. Нет преемственности даже в образовательных программах. Многое декларируется и остаётся на бумаге. И нам, историкам, от этого на самом деле обидно. 

«Муха-цокотуха»: это про что?

– Вы автор пособия по краеведению, посвящённого меценатам Царицына, причём соавторами были школьники. Как они рассудили: далеко ли современным купцам-олигархам до тех?

– Далеко. Но и не всем детям понятно, почему люди вкладывали свои деньги в культуру. Современные дети – практики. Они даже многие исторические факты воспринимают совсем не так, как мы в своё время. Им трудно понять декабристов, которые, имея звания, деньги, власть, пожертвовали всем ради идеи. Они всё время задают вопрос – почему? Мне, как учителю истории, видится моей главной задачей сделать так, чтобы дети пропускали уроки истории через себя, делали выводы. Да, с восстания декабристов прошло много лет, но есть общечеловеческие ценности, которым учит история. И вот я учу – а вы смогли бы так поступить? Я хочу, чтобы они выросли хорошими людьми. 

– Раньше в воспитании «хорошего» человека огромную роль играла детская литература, которая очень тщательно подбиралась и рекомендовалась. Сейчас этим кто-то занимается?

– Только учитель и родитель. И это серьёзная беда. В 10-м классе на обществознании мы решали задачки на тему «Потребитель». Один из вопросов был посвящён Мухе-цокотухе Чуковского. Смотрю, некоторые задумываются, а вопрос был элементарный, и тут один мальчик спросил: «А напомните, «Муха-цокотуха» – там про что?». И я понимаю, что они просто не знают. Пришлось бросить всё и читать 10-классникам «Муху-цокотуху». Но это только родители могут дать! Учителя не могут начинать с «Мухи-цокотухи»! Очень немногие мамы читают детям на ночь. А ведь любовь к чтению прививается именно так. Современные дети мало читают, а потому безграмотно и косноязычно пишут. Отчасти виновата в этом и система ЕГЭ – устные зачёты развивали богатство речи, умение излагать мысли, а теперь у аттестации другая цель. 

– Наверное, свою лепту вносят социальные сети, где примитивное общение, сокращённые слова, грамотность не важна…

– Соцсети становятся большой бедой. Дети почти не смотрят телевизор, отболели игроманией, зато много сидят на социальных страничках. В прошлом году наш школьник сам выбрал и написал работу по проблеме социального аутизма. Это когда личность сознательно уходит от прямого общения, отказываясь от мира, работы, целей в жизни. В Японии, где это стало национальной проблемой, данное социальное явление и аутистов называют «хикикомори». Там среди «хикки» велик процент самоубийства подростков, выбравших самый радикальный способ ухода от мира. У нас пока нет таких крайностей. Но есть дети, которые действительно отказываются от личного общения, уходя в себя или Интернет. 

Мама, услышь меня!

– Подростковая агрессия – одна из черт нашего времени. А в чём сами подростки видят её причины? 

– Удивительно, но одной из причин сами подростки назвали мне как раз раскол в обществе, о котором мы говорили выше. Семья тоже ощущает его последствия. Родители заняты добыванием денег, бытовыми проблемами, семейные традиции, которые скрепляли семьи, нарушены или утеряны. Мы даже провели анонимное анкетирование на тему: а есть ли у вас семейные традиции, собираетесь ли вы за чаепитием. Оказалось, что нет. Семья перестала быть единым целым, а детям жизненно не хватает простого разговора с родителями, им нужно быть услышанными, важно просто проговорить о том, что их гнетёт, чтобы снять напряжение. В результате внутреннее давление выливается в агрессию. 

– Есть ли место для добрых дел в их жизни? 

– Хвастать такими вещами в их среде не принято. Но у нас есть подшефный детский дом. Он далеко от Волгограда, но раз в год дети обязательно покупают подарки, причём конкретному ребёнку, и едут туда. Желающих всегда намного больше, чем может вместить автобус. И когда они дарят подарки, у них иногда слёзы на глазах появляются: они видят, искреннюю реакцию сирот. 

Чувства взаимопомощи и сопереживания могут дать только родители и в меньшей степени учитель. Однажды на уроке, посвящённом Великой Отечественной войне, я акцентировала внимание на советских художественных фильмах о войне. И понимаю, что не видели они их. А почувствовать всю боль можно только на них. Ну, думаю, добьюсь от вас слёз. Стали смотреть на уроке «В бой идут одни «старики». Сначала сидят, как в кинотеатре, попкорна только не хватает, а потом они видят мою реакцию, – а невозможно на этом фильме сдерживать эмоции, – смотрю, у них лица меняются. Ну почему же им дома так мало таких фильмов показывают! Научить добру, научить переживать за других – это может только семья. Тем не менее я с оптимизмом смотрю на будущее. Да, дети сейчас другие. Они не хуже и не лучше – они другие. Среди них всё больше неординарных и нестандартных детей, которые имеют свою позицию, не боятся показывать свой жизненный опыт, свою личность. И что радует особо – с каждым годом я вижу всё больше детей с книгами в руках. 

ДОСЬЕ

Бузюмова Наталья Николаевна. «Почётный работник общего образования», обладатель премии Президента РФ. Премии Главы Администрации Волгоградской области. Кандидат педагогических наук. Стаж работы – 23 года. 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах