59

Волгоградцев лечат драмтерапией

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 9. АиФ-Нижнее Поволжье 29/02/2012

Любительский школьный театр. На сцене «Обыкновенное чудо» Шварца. В главных ролях – влюбленные юноша и девушка. Это первое чувство, когда ещё страшно взглянуть в глаза друг другу. А в кульминации по сюжету самый знаменитый в мире поцелуй истинной любви, после которого Медведь вопреки всему остается человеком. По роли дети должны целоваться понарошку. Но происходит обыкновенное чудо – мальчик на самом деле целует девочку. Её – растерянные и сияющие глаза, его – пламенеюшие щёки и страстные монологи. Всё это так великолепно и искренне, что совершенно невозможно и не хочется верить, что у всех этих детей задержка психического развития.

Добро и зло 

Театр «Встреча» волгоградской специальной (коррекционной) школы-интерната VIII вида № 2 появился в 1993 году, когда был поставлен первый спектакль «Маленький принц». Сейчас тем актёрам лет по 35. Тогда никто не мог и подумать, что дети, на которых повесили ярлык «ограниченные возможности здоровья», могут быть настолько талантливы. «У всех ребят, которые тут учатся, один дефект – умственная отсталость. У некоторых проблемы с памятью, у некоторых с мышлением, у других с эмоционально-волевой сферой. И театр помогает решить эти проблемы», – рассказывает худрук кукольного театра, также существующего на базе школы, Лидия Подболотова.  

– Существует понятие драмтерапии, которая преследует сразу две цели, – рассказывает руководитель школьного театра «Встреча» Лилия Склярова. – Первая – различать добро и зло. Вторая – развить волевые усилия, то есть прикладывать усилия для достижения позитивного и преодолевать нечто в себе. Как у Высоцкого: «Кто вёсла бросит, того нелёгкая заносит». Каждая роль для них – подвиг. Нужно выучить большие куски речи, подчас непонятные и философские, а у многих и без того трудности с запоминанием, потом надо найти в себе мужество и выйти на люди. Помню, был мальчик Лёша, пусть у него было запоздалое развитие, но что-то светилось в душе. Играл великолепно, но боялся дико. Ему выходить, уже действие идёт, а он спрятался под кровать, и ни в какую. Я уж текст отдала другому ребёнку, но Лёшка вылез, прочитал роль, и снова под кровать. 

Иные дети 

На базе школы существуют два театра – кукольный и драматический. В обеих труппах играет человек 20. Дети как дети, очень светлые, очень красивые. Словно бог, отобрав что-то одно, добавил в другом. Глядя на них, даже не думается о каких-то там «дефектах». Обычные дети, может, только чуть беззащитнее, чем среднестатистические школяры.

Серёже на вид лет 10–12, он испуганно смотрит на корреспондента, ему начинают нарочито спокойным голосом объяснять, кто такая тётя-корреспондент, Серёжа кивает. 

– Есть такие моменты, которые можно понять, только глубоко общаясь с ними, – объясняет тихо Лилия Александровна. – Илюша плакал, когда мы репетировали «Двенадцатую ночь». Ему было очень тяжело, память слабая, и он понимал, что не получается. Но преодолел себя, сыграл, перестал бояться публики. Для нас не так важно, талантливо ребенок сыграет или нет, важен сам процесс. Предположим, один ребёнок побил другого – ЧП. Беру обоих. Пока репетировали пьесу Гладкова «Давным-давно», они научились подавать друг другу руки, а обиженный стал находить в себе силы не бояться и демонстрировать независимое поведение.

Многие дети здесь из семей, которые называют «трудными», где пьют и не любят друг друга. Подчас актёры не понимают значения некоторых слов. Не всегда у них правильное произношение. Иногда они теряются и не могут сформулировать мысли. Все спектакли длятся не больше 45 минут. Столько же длятся репетиции – больше нельзя по медицинским показателям. 

– Андрей Миронов каждый раз так выкладывался на спектаклях, что пот тёк ручьем, настолько это тяжелый труд, – рассказывает Склярова. – Так вот. Наши дети потеют, если можно так сказать, внутренне. Сначала они бездумно зубрят монологи из величайших произведений мировой классики. И только спустя множество репетиций к ним приходит понимание смысла заложенного в них. Так у детей формируется нравственная шкала ценностей. Чему-то я у них и сама учусь. Например, когда приходишь на репетиции с негативом, то ничего не получается. Всегда надо нести свет и добро. Есть же фраза: спасай свою душу и тобой спасутся тысячи. Через театр они учатся добру, доставлять радость другим, работать над собой. Да, где-то театр заставляет напрячься, но он же даёт внутреннюю свободу. Свободу от скованности, зависти и своей инакости.

Принцесса – повар 

Главные героини «Двенадцатой ночи» Шекспира Анна и Катя по-взрослому рассуждают, «мы ведь в реальности можем и вовсе не разговаривать, но тут, на репетициях, должны вести себя нормально. И в трудную минуту, нравится тебе человек или нет, нужно помогать. У нас такое было, одна девочка поссорилась со своим парнем, а им по роли надо танго танцевать. Так они танцевали не глядя, но друг другу помогали в танце». 

К слову, Лилия Склярова рассказала продолжение истории с поцелуем в «Обыкновенном чуде». «Девочка, которая исполняла роль принцессы, была чудесно хороша и пластична, в глазах горел огонь дара. И я подумала, пусть её первый поцелуй запомнится как чистая красота. Пусть он будет не где-то в подворотне, а у всех на виду, в красивом платье и под красивую музыку. И я попросила Димку, который исполнял Медведя: ты поцелуй ее по-настоящему. Всё получилось чудесно. Жаль, только наша страна не готова принять таких детей. Ведь у девочки были недюжинные способности. Быть может, приди она к нам раньше или если бы семья была в этом заинтересована, то можно было бы и к поступлению в драматический вуз подготовить. Но не вышло. Сейчас эта красавица учится на повара». 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах