329

Сергей Щербаков: «Революция должна произойти в мозгах»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 17. АиФ-Нижнее Поволжье 25/04/2012
Фото: АИФ

В мастерской волжского скульптора Сергея Щербакова завораживающе красиво. Солнце бликами играет на скульптурах. Тут балансируют на яблоке Адам и Ева. Падает последний лист, как символ заката мира. Тут есть статуэтка невежеству, где толстый пан растекается на мятой сигарете, напоминающей кривую античную колонну (ее очень любят заказывать друг другу чиновники).

Над каждой скульптурой нужно думать, её нужно чувствовать, в каждой трагизм и ломаные грани бытия. Почти все скульптуры Щербакова кричат безмолвным криком. Художник считает, что иначе в этом мире тебя никто не услышит. Почему так? Почему нет скульптора в своём Отечестве? Почему в городе-героев нет героев? Об этом мы беседовали с Сергеем Щербаковым. 

Плохое наследство 

– Смотришь на ваше скульптурное богатство и удивляешься: насколько непохоже оно на монументы, что мы видим на улицах Волгограда. Те какие-то советские, что ли…

– А вся идеология осталась. У нас изменились названия партий – этакий ребрендинг произошел, а суть осталась. Революция должна произойти в мозгах – её не было. Есть художники, которые мыслят по-другому, но свободы творчества у них нет. 

– Как это? Вы в свободной стране, что мешает творить? 

– Я не могу нигде поставить свою работу. Меня не пропускают сквозь конкурсы. Это чисто совдеповская форма. Конкурсы никогда не ставили целью отобрать лучших. Их цель – выявить то, что устроит большинство или начальство. «Нас не поймут, если мы такое поставим», – вот чем руководствуются чиновники. Хотя при этом они выезжают за рубеж, знакомятся с авангардным искусством, фотографируются, удивляются, но возвращаются и идут на поводу у толпы. Вот в чём парадокс. 

Сейчас быть авангардным скульптором, пожалуй, даже тяжелее, чем в советскую эпоху. Пусть тогда была идеология, пусть официально художников гнобили, но при этом не отбирали мастерскую. Сейчас нас заставляют платить за мастерские непомерные суммы, облагают налогами, как предпринимателей…

– А разве во всём мире не так? 

– Мне предлагали открыть мастерскую в Берлине. Там совсем по-другому. Ты приезжаешь, заполняешь анкету, что ты художник, и тебе дают помещение. Арендная плата есть, но не грабительская. И самое главное есть гарантия, что тебя не выгонят, если кому-то из толстосумов приглянется твоё помещение. У нас этой гарантии нет. 

В США существует система общественного отбора или становления художника. Если человек объявляет себя художником, он участвует в выставках, получает различные благотворительные гранты, потом его берёт под опеку галерея и раскручивает, растёт его имя, растут гонорары. Там художники становятся миллионерами. А у нас? Мои работы есть в Третьяковской галерее, в музее Зураба Церетели, в музее Высоцкого, в Лондоне, в коллекции английской королевы, у Хворостовского. Но я не миллионер! Я не могу устроить свою персональную выставку в Москве! И так у всех художников.

Многие даже не знают, что в России есть скульпторы, кроме Церетели. А как узнать новые имена, если нет их выставок? Целая плеяда талантливых людей никому неизвестна. В Саратове живёт талантливейший скульптор по дереву – в Германии его работы с руками бы оторвали! Он инвалид, но великий мастер. А кто о нём знает на Западе и в России? Если раньше русские, например, Дягилев или Бенуа, делали европейскую культуру, то сейчас нас считают варварской дремучей страной, потому что мы свои таланты и шедевры не вывозим никуда. 

За время своего президентства и премьерства Путина не раз приглашали открывать центры современного искусства в Европе. А пригласил ли он хоть кого-нибудь из иностранцев на открытие центра современного искусства в России?

Парк мира и войны 

– Совсем скоро начнётся очередной конкурс проектов, на сей раз по реконструкции набережной. Ваши идеи? 

– Набережная с точки зрения архитектуры – это уникальный объект. Его нужно бережно реставрировать и сохранить. Другое дело, что есть заброшенные места, которые необходимо доводить до ума. Например, на нижней эстакаде у подножия музея-панорамы есть совершенно заброшенная площадка в ужасном состоянии. Я предлагаю сделать там парк современной скульптуры. Совсем недавно такой парк открылся в Киеве, есть знаменитый Стокгольмский парк, есть Йоркширский парк – все они уже стали туристической Меккой. В России аналогов нет. Так почему бы не сделать в Волгограде? Я вижу это как парк мира. Сверху музей, посвящённый войне, а у подножия реки в пластической форме, в глубоко философском современном звучании выразить то, за что люди воевали и умирали, – мир, любовь, человечество. 

– Откуда у наших градоначальников стремление к увековечению в народной памяти путём установки памятников: Ищенко – памятник влюбленным, Херианов – памятник Александру Невскому, Гребенников – памятник Засекину, вот скоро у Соколова будет «Пётр и Феврония».

– Плохо не то, что ставят памятники. Плохо то, какой характер это носит. Художника вызывают на ковёр и диктуют условия. И у художника выбор – или ты прогибаешься и получаешь деньги или отказываешься и ходишь голодный. И так живёт большинство художников. Я стараюсь не прогибаться. 

Исключением был саратовский губернатор Аяцков – он мыслил стратегически. Он не боялся общественного мнения и умел смотреть в будущее. В результате Саратов – единственный город, у которого есть сердце. Там стоит скульптура «Сердце губернии». На открытии, это было в 2000 году, к нам подошла женщина и сказала удивительную вещь: оказывается, согласно философии Рериха с 2000 года начинается эпоха сердца. Для меня это совпадение стало настоящим потрясением. 

– Это единственное чудо в жизни?

– Мне довелось стать автором монумента павшим воинам Второй мировой войны в Лондоне. За право авторства соревновалось столько известнейших художников, а стал я – вот это было чудо! На его открытие должны были прибыть королева-мать и Борис Ельцын, уже даже отправили машину за Борисом Николаевичем в аэропорт, но… началась бомбёжка Белграда силами НАТО, и самолёт с нашим Президентом развернули, Елизавета тоже не приехала. Но монумент есть – и это уже чудо. 

Герой нашего времени 

– У вас есть цикл скульптур «Странные герои». А кто герои нашего времени? 

– В моём понимании героизм и патриотизм сделали сейчас напоказ. Нацпроект «Победа», салюты… Фарс такой. Патриотизм не в том, чтобы установить очередную скульптуру о победе, а содержать в достойном состоянии старые. Возьмём захоронение павших немецких и советских воинов в Россошках Городищенского района. На советской части кладбища установлен мемориал «Скорбящая». Он сделан из бетона и разрушается. После каждого дождя он весь черный, скоро куски отваливаться начнут. Власти не могут найти пять миллионов, чтобы сделать этот же памятник из гранита. 

А герои сейчас те, кто тянет лямку, кто предан своему делу. Это музейные работники, это художники, которые верят в чудо. Мне не раз говорили: ты дурак, бросай всё, уезжай. Нет, – это моя страна. 

ДОСЬЕ

Заслуженный художник России Щербаков Сергей Александрович родился в 1959 году в Саратове. В 1987 году окончил Ленинградское художественно-промышленное училище им. В. И. Мухиной. С 1987 года живёт и работает в городе Волжском. В 1991 году принят в Союз художников России. 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно



Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах