Залатайте нам небо. Откуда берутся озоновые дыры над Нижним Поволжьем

Сентябрь богат на экологические праздники, среди которых особо выделяется Международный день охраны озонового слоя (отмечается 16 сентября). О том, чем грозят озоновые дыры нашему региону и как отражается на нём состояние Мирового океана, редакции «АиФ-НП» рассказал географ и эколог Анатолий Судаков. 

Дыры — они повсюду

— Анатолий Викторович, почему озоновый слой нужно защищать?

— Для начала напомню, что озоновый слой — это область стратосферы на высотах от 15 до 40 км над поверхностью Земли. Она отличается повышенным содержанием озона, который постоянно образуется под действием ультрафиолетового излучения Солнца, и с таким же постоянством вновь распадается с образованием обычной двухатомной молекулы кислорода.

Таким образом происходит постоянное частичное поглощение солнечного ультрафиолета, избыток которого опасен для земных организмов. Например, у человека он может вызывать меланому — агрессивный и очень опасный рак кожи, спровоцировать катаракту, понизить иммунитет и вызвать мутации. Растения на территориях под истончённым озоновым слоем снижают продуктивность фотосинтеза, урожайность, что тоже бьёт по интересам человека.

Разрушают озон хлор и некоторые соединения брома. Проблема касается всего мира. И не случайно соглашения в этой сфере международные. Так, в 1988 г. вступила в силу Венская конвенция об охране озонового слоя, которую к настоящему времени подписали 197 государств и Европейский союз. А 16 сентября 1987 г. 36 стран подписали Монреальский протокол, содержащий обязательства по прекращению производства и использования веществ, разрушающих озоновый слой. На сегодняшний день протокол ратифицировали уже 198 стран. Это прекрасный пример эффективного международного сотрудничества в области экологии. Результаты налицо: с середины 1980-х гг. концентрация разрушающих озоновый слой ключевых веществ снизилась уже более чем наполовину.

— В последнее время периодически появляются сообщения об образовании больших долгоживущих озоновых дыр над Антарктидой, южной оконечностью Южной Америки, тропическими территориями. А какова вероятность такого явления в Нижнем Поволжье?

— Озоновый слой даже без воздействия человека неравномерен над различными территориями и акваториями планеты. К тому же он подвержен сезонным колебаниям. В тропиках много солнечного тепла, и озон над ними образуется более активно. Тем не менее его там меньше, чем над умеренным климатическим поясом в силу особой циркуляции воздушных масс.

Озон активно переносится с тропиков в средние широты, но вместе с ним переносятся и долгоживущие газообразные фторхлоруглероды, которые активизируются в летний период. И поэтому над Нижним Поволжьем периодически возникают озоновые дыры, правда, небольшие.

Вот как это происходит. В Антарктике и Арктике во время полярных ночей образование озона почти прекращается, а вот циклические реакции тех самых фторхлоруглеродов с ним продолжают идти. Происходит накопление опасных соединений хлора и брома, и при появлении весеннего солнца в стратосфере начинается образование обширных озоновых дыр.

При характерных для весеннего периода ультраполярных вторжений арктического воздуха, которые могут достигать Нижнего Поволжья, эти соединения переносятся в стратосферу над нашей территорией. При этом растёт как общий фон УФ-излучения, так и образуются небольшие озоновые дыры. К сожалению, в таком случае объём ультрафиолетовых лучей (УФ-индекс) подскакивает до предельных значений.

— А где в отношении озоновых дыр можно чувствовать себя в безопасности?

— Если говорить в целом, то абсолютно безопасных в этом отношении территорий на Земле нет. Поэтому проблема защиты озонового слоя Земли и является глобальной.

Вихри враждебные

— Анатолий Викторович, вы не раз, в том числе на страницах нашей газеты, говорили о влияниях на климатические условия нашего региона со стороны Мирового океана. Что ждёт нас в этом плане в ближайшем будущем?

— Более 50 лет назад, в 1973 г. двое учёных — химик и врач из Великобритании Джеймс Лавлок и цитолог, биолог-эволюционист из США Линн Маргулис — сформулировали гипотезу Геи, которая рассматривает нашу планету и всех её обитателей как единую кибернетическую систему с биологическим механизмом регуляции. Но не менее важна и система регуляции через воздушные массы. Они переносят избыток энергии из тропических областей в полярные, перераспределяют влагу, твёрдые взвеси и химические загрязнения, в том числе образующиеся в самой океанической воде в результате разложения избыточной органики и накапливающиеся в океане от стока загрязнённых рек.

Это летучие органические соединения, метан и углекислый газ, пары ртути и других тяжёлых металлов, лёгкие фракции нефти. Все эти загрязнения попадают в атмосферу и переносятся воздушными потоками на материки.

— Наш регион подвержен этим потокам?

— Нижнее Поволжье в современную меридиональную фазу внутривекового климатического цикла Брикнера до средины столетия будет в большей степени подвержено воздействию океанов. И экологическое состояние Атлантики опосредованно, через атмосферу, влияет на экологическое благополучие Нижнего Поволжья.

Как океан стал сточной ямой

— Каково сейчас экологическое состояние Мирового океана и чем конкретно может грозить нашему региону его загрязнение?

— В июне 2026 г. ООН опубликовала «Третий доклад Всемирной оценки состояния океана» объёмом около 1600 страниц английского текста, или около 1900 страниц при переводе на русский, что показывает масштаб этой проблемы.

В докладе экологическое состояние Мирового океана оценивается как «сильное и ускоряющееся ухудшение». Ежегодно в него попадает 52 млн тонн пластиковых отходов, более четырёх тысяч различных синтетических соединений в значимых количествах, включая пестициды, кислоты, щёлочи, лекарства. В системе океан — атмосфера циркулирует две тысячи тонн ртути в год.

Нижнее Поволжье, как отмечалось выше, испытывает влияние западного атмосферного переноса воздушных масс, который является частью общепланетарной циркуляции атмосферы. Но с середины прошлого десятилетия значительно увеличился перенос морского воздуха со стороны наиболее загрязнённых ртутью территорий Атлантического океана (в 2,5 раза больше нормы), а также Средиземного моря (в 3,1 раза больше нормы).

Поэтому в последние десять лет над Нижним Поволжьем выпадают осадки со значительным количеством ртути. Она накапливается в местных экосистемах, включая речную рыбу. Например, содержание меди, цинка, никеля и хрома в мышцах рыб Волгоградского водохранилища в 2–2,8 раза выше нормы.

Конечно, основную роль в фоновом загрязнении подвод­ного мира играют расположенные выше по течению и местные источники, загрязняющие наши реки. А вот рост концентраций тяжёлых металлов с большой долей вероятности следует отнести к последствиям атмосферного переноса загрязнений Атлантики. А ведь кроме металлов переносятся микрочастицы пластика и много опасных соединений.

— А как мы можем противостоять такому воздушному натиску?

— Географическая оболочка Земли — это единая глобальная экосистема, поэтому к проблемам Мирового океана причастны мы все. Не надо думать, что если Волга, в которую попадает до 40& 753 amp;nbsp;% всех загрязнённых стоков России, впадает в Каспийское озеро, то в Мировой океан из него уже ничего не попадёт. Круговорот веществ в природе отменить невозможно.

Поэтому неважно, где кто осуществляет хозяйственную деятельность— на океаническом побережье, или внутри континента. Важно помнить, что всякое небрежение к вопросам промышленной, сельскохозяйственной и коммунальной экологии, где бы оно ни проявлялось, — это удар по всей природной системе, или Гее, как назвали её учёные. Спасение Мирового океана от загрязнений, с которыми он уже самостоятельно не в состоянии справиться, — это задача международного сообщества в целом. Задача неимоверно сложная, но посильная человеческому разуму и политической воле. С защитой озонового слоя ведь получается! И со спасением Мирового океана тоже должно получиться.