Нынешнее время – оно как лакмусовая бумага даёт понять, кто есть кто. Иной уезжает в далёкие края, а другой добровольно встаёт в ряды защитников. А потом оказывается, что этот совершенно обычный с виду парень из соседнего двора – герой. Такой, например, как Лёшка – Алексей Поздняков.
Сейчас мужчина живёт мирной жизнью, растит семимесячного сына и планирует открыть своё дело. О службе, боевом братстве и возвращении домой он рассказал «Аргументам и фактам» — Нижнее Поволжье».
С завода – в штурмовой отряд
…Поначалу всё в жизни Алексея шло, как у тысяч его возраста ребят: учился в школе № 36 Дзержинского района Волгограда, дружил со сверстниками, думал о будущей профессии. Мечтал стать военным или сотрудником МВД, но не сложилось.
Начал учёбу в технологическом колледже, но быстро понял, что это не его. А вот аграрное дело пришлось по душе – окончил учёбу с отличием. Но ушёл не на землю, а в производство: сначала трудился машинистом холодильных установок, потом пробовал заниматься собственным делом, но пробить бюрократическую стену оказалось не под силу.
«В итоге устроился на завод ЖБИ, – рассказывает Алексей Поздняков, – и вот здесь я понял, что работа и коллектив мне по душе».
На заводе он стал незаменимым специалистом: на специальной формовочной машине отливал большие плиты перекрытий для строительства.
«Здесь важно было не только кнопки нажимать, но и постоянно держать в уме массу параметров, следить за процессом и быть готовым к любым неожиданностям», – говорит Алексей.
С началом СВО многие его друзья и знакомые ушли защищать страну – кто по мобилизации, кто – по контракту. Приходя в отпуск, встречались, откровенно делились пережитым.
«Я задёргался: они там, а я здесь. Почему? Душа тянула туда, к ребятам, а здесь держало чувство ответственности – нельзя бросать производство и коллектив. В таком состоянии проработал два года и всё-таки написал заявление».
Так в 2024 году Алексей оказался в армейской учебке, куда направляли новобранцев после заключения контракта. Вопреки расхожему мнению, что в бой кидают сразу и всех подряд, на деле оказалось всё по-другому.
«Месяц мы провели в Новочеркасске в резервном батальоне, – вспоминает Алексей. – До сих пор благодарю всех своих инструкторов, а это были настоящие профессионалы, которые сами прошли тяжелейшие испытания и смогли выжить. Нас они учили всему, что знали сами. Посыл был простой: хотите жить – вникайте. Все примеры и ситуации они брали из своей боевой жизни, и впоследствии мне пригодились мельчайшие детали, о которых они упоминали: меня реально спасали навыки, которые вбили нам в память.
После этого нас направили в район Луганска, в штурмовой отряд. Ещё пару недель мы тренировались на полигоне. Нас готовили к серьёзному боевому заданию – предстояло взять захваченную врагом деревню».
Дорога к своим
Выходы были реальным испытанием всего, что уже знал молодой боец. Дважды ему везло – возвращался с заданий без ранений, но на третий раз он получил ранение в спину.
К счастью, остался жив, но добирался до своих двое суток без воды и еды, если не считать случайных находок в заброшенных блиндажах противника. Потом два месяца пришлось провести в медроте.
Боевые действия, обстановка непредсказуемости и ежесекундного риска работают как жёсткий фильтр, отсеивая ненадёжных, сомневающихся, медлительных. Зато те, кто прошёл эту проверку, становятся не просто сослуживцами, а членами боевой семьи, где на самом деле один за всех, а все за одного.
Именно эти ощущения нужности, незаменимости, сплочённости, которые практически не встретить сейчас в мирной жизни, вновь и вновь заставляют ветеранов возвращаться в строй.
По этой же причине, признаётся Алексей, два месяца лечения тянулись для него неимоверно долго. В конце концов, он всё же вернулся к своим ребятам, в свою боевую семью.
«Очередное задание оказалось наиважнейшим для дальнейшего развития наступления, – рассказывает Алексей. – Нам предстояло взять высоту при полной невозможности прохода к ней. Звучит сурово, но приказ должны были выполнить любой ценой. Мы двинулись на задание».
В подробности Алексей не вдаётся, но ту высоту наши взяли. А ценой для него послужили раздробленные голень и пальцы на ноге: он подорвался на мине. Но это было полбеды. Настоящая беда заключалась в том, что он не мог сразу добраться до своих: вокруг находился противник.
«Первую помощь мне оказали мгновенно, но потом четыре дня – где на карачках, где на руках у ребят пришлось преодолевать дорогу к нашим, – вспоминает боец. – Воду пили из местных заболоченных озёр, и она была противно-солёной. Когда дошли до первой нормальной речки, не могли напиться, насколько вкусной казалась эта обычная пресная вода. Теперь мы хорошо знаем цену стакану воды и куску хлеба. Все деньги мира – это ерунда, они в таких условиях не решают ровным счётом ничего. Там вообще мировоззрение меняется на 180 градусов...»
Дорога оказалась мучительно долгой, но был железный стимул выжить – за Алексея переживала не только его боевая семья.
«С моей будущей супругой мы тогда ещё не были расписаны, – говорит Алексей. – Она у меня боевая, но моё решение уйти на СВО восприняла с трудом, понимая, что неизвестно, чем всё закончится. Тем не менее поддерживала изо всех сил и даже сюрпризом приехала ко мне в Новочеркасск. Меня тогда отпустили в увольнение, мы много гуляли, разговаривали обо всём, строили планы. Детей на тот момент у нас не было, хотя оба безумно мечтали об этом. Сейчас я понимаю, что судьба распорядилась верно: будучи там, я бы сходил с ума, думая о семье и детях, мне было бы в разы сложнее…»
Когда и стены помогают
Алексею пришлось долго лечиться – ему ампутировали треть голени на одной из ног. Восстанавливался он в 2025 г. в госпитале в Луганске, потом перевели в Ростов, а ещё позже повезло: направили долечиваться в Волгоград. Это решение стало судьбоносным для Алексея и его избранницы.
«Конечно, дома и стены помогают, – улыбается он. – Я очень благодарен нашим врачам за профессиональное лечение и за то, что отпустили на два дня в увольнение. Результатом стало чудо – спустя некоторое время мы узнали, что станем родителями. Всё произошло именно в эти дни!»
Эта ни с чем не сравнимая радость скрасила долгие месяцы пребывания в московском госпитале, где Алексею долечивали культю, подбирали индивидуальный протез. Позже опытные инструкторы помогали освоить ходьбу, привыкнуть к новой «высокотехнологичной» ноге.
«Отношение было просто прекрасное, каждому из нас уделялось много внимания, медики прикладывали все усилия для того, чтобы мы вновь смогли встать в строй, не чувствовать себя инвалидами и быстрее адаптироваться к новой мирной жизни», – говорит он.
Сложилось так, что Алексею пришлось ещё раз побывать в родной части, и чувства при этом оказались смешанными.
«Мне так хотелось остаться со своими, но знающие люди, командиры сказали: "Ты отвоевался, не искушай судьбу, займись другим, вся жизнь ещё впереди"», – рассказывает о последней встрече с сослуживцами Алексей.
Так для бойца Позднякова наступила мирная жизнь. Планов у него громадьё: он хочет снова попытаться открыть собственное дело. Адаптироваться в мирной жизни ветерану СВО помогает Фонд защитников Отечества. А главным для него сейчас является семья – любимая жена и сын Сашенька, которому исполнилось 7 месяцев. Жизнь, пусть она теперь и другая, продолжается…
Публикация подготовлена в рамках проекта «А завтра был мир»
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
