В сложные для Отечества времена принято обращаться к его истории, корням и людям, которые составляют славу и гордость России. В этой связи всё больший интерес в Волгоградской области вызывает история казачества.
О некоторых её переломных моментах «АиФ»—Нижнее Поволжье» побеседовал с доктором исторических наук, профессором Волгоградского института управления — филиала РАНХиГС Ольгой Владимировной Рвачёвой.
На перепутье
— Большинство донских казаков в момент начала Гражданской войны поддерживали не советскую власть, а антибольшевистские силы, — говорит Ольга Владимировна. — У этого были объективные предпосылки. Когда рушилась Российская империя, казачество являлось давно сложившимся военно-служивым сословием, на которое государство традиционно опиралось. В обмен на служебную повинность казачество имело широкий набор льгот и прав в сфере местного самоуправления, землепользования, товарооборота, налогов и т. п. По историческим данным, к 1917 году на Дону, вернее на территории Области Войска Донского, часть которой затем отошла к нашему региону, насчитывалось около 1,5 млн казаков. Казаки на Дону владели значительной частью земельного фонда. Соответственно, понятна реакция казачества на бурные перемены в стране — это было стремление любыми путями удержать контроль над собственными ресурсами и привилегиями.
При этом из документов того времени очевидно, что казаки Дона не собирались принимать широкое участие в братоубийственной войне за пределами своей территории — Области Войска Донского. Даже в момент антибольшевистского мятежа на Дону генерала Каледина в 1918 г. организатор мятежа сетовал, что ему чрезвычайно тяжело поднять донцов на масштабную борьбу с советской властью.
Фактически большинство казаков приняли сторону «белых», лишь когда столкнулись с весьма негативными переменами в жизни своих хуторов, станиц с приходом туда советской власти. Но при этом на протяжении всей Гражданской войны донцы предпочитали оставаться в пределах Области Войска Донского, неохотно выходили за его границы для участия в боевых действиях антибольшевистских сил.
Истоки трагедии
— В январе 1919 г. вышло циркулярное письмо ЦК ВКП(б) о расказачивании. Насколько справедлив взгляд, что данный документ — первопричина дальнейшей трагедии казачества?
— Циркулярное письмо 24 января 1919 года Оргбюро ЦК РКП(б) за подписью Якова Свердлова действительно многие трактуют, как «директиву о расказачивании», результатом которого стал геноцид казачьего народа. Но если взглянуть на суть данного документа, то предписанные в нём меры отражали вектор перемен не только на казачьих землях, но и на большинстве других территорий.
Целью большевиков было «размывание» казачества как особой экономической группы, ослабление его сословной сплочённости. Другое дело, что положения документа допускали вольную широкую трактовку. Это, а также обстоятельства Гражданской войны привели к трагедии.
С другой стороны, вокруг этого документа есть и не совсем правдивая мифология о якобы массовой депортация всего населения с Дона, Хопра, замене населения станиц другими народами. Нечто подобное было на Тереке, Кубани с гребенским, кубанским казачеством, но точно не у нас.
— В чём особенности политики властей в отношении казачества Дона в 1920–1930-е и предвоенные годы?
— Политика советской власти в отношении казаков в то время была ситуационная и скорее напоминает некие волны, качели, при которых репрессивные меры сменялись периодами благожелательности к казачеству. Например, в первые годы НЭПа, в 1923 году программа «Поворота лицом к крестьянству» одновременно касалась на юге страны и казаков. Власти стремились вовлечь их в строительство новой общественной системы.
И, напротив, во времена кризиса хлебозаготовок 1927–1928 гг. и позже в пору начала коллективизации казачество, в особенности его относительно зажиточную часть, заметно «прижали» — лишали имущества и крова.
С тем периодом связано, в частности, восстание в хуторе Вертячий, начало которого спровоцировало выселение нескольких семей. «Утихомирить» восстание пришлось специально вызванным из города милицейским отрядам.
Но опять-таки утверждать, что в те годы казаки реагировали на действия властей некими массовыми бунтами, было бы неверно. Не было широких антисоветских выступлений и в годы Большого террора, массовых репрессий.
В то время, как показывают исследования, если некие «казачьи антисоветские и террористические» организации и существовали в нашей местности, то разве что в воображении самих организаторов репрессий, чтобы их хоть как-то оправдать. В массе же своей к предвоенному времени казачье население уже адаптировалось к новым общественным условиям и мало чем отличалось по своему укладу от жителей любой другой части СССР.
Ещё ближе к корням
— Три десятка лет длится процесс возрождения казачества. Возрождение состоялось, на ваш взгляд?
— Однозначно да, состоялось. Казачество заявило о себе как о самобытной общности. В первую очередь удалось возродить историческую правду — мы теперь открыто говорим о героях-казаках Первой мировой, Великой Отечественной войны, а не об абстрактных «героях-кавалеристах».
Многие жители нашего казачьего края стали серьёзно интересоваться своей родословной, восстанавливать семейные архивы. На местах, в том числе традиционных казачьих районах, стали возрождаться казачьи традиции, ремёсла, проводиться грандиозные этнокультурные праздники, такие как ежегодный фестиваль «Золотой щит — Казачий Спас» в Кумылженском районе.
Появилась, затем укрепилась система государственной и муниципальной казачьей службы, казачьего образования в виде кадетских корпусов.
— А что не удалось сделать?
— Возрождение казачества — сложный и противоречивый процесс. Многие его участники изначально вкладывали в это понятие разные значения, иногда диаметрально противоположные, а то и неприемлемые в современных условиях. Соответственно, не получилось именно то, что оказалось на поверку утопией. Так, оказалось невозможно сегодня воссоздать в системе управления территориями, в хозяйственных, экономических отношениях архаику бывшей Российской империи, которая навсегда себя изжила. Невозможно возродить, как ни пытайся, те элементы казачьего мира, что стали историей.
Обряды, кухня и игры: сохраняя наследие
В эти дни в Волгоградской области проходит большая работа по изучению нематериального этнокультурного достояния казачества.
Она организована Государственным Российским Домом народного творчества имени В. Д. Поленова совместно с учёными-фольклористами.
«Уже проведено 58 экспедиций, в результате которых было выявлено свыше 130 объектов, — рассказали инициаторы проекта. — Теперь настала очередь Волгоградской области».
Экспедиция стартовала 19 июня 2026 г., работа продлится неделю — до 25 июня. Учёные намерены сделать акцент не только на прошлом, но и на новых явлениях казачьей культуры.
Федеральные эксперты и специалисты областного центра народного творчества намерены провести встречи с жи 7f2 телями казачьих поселений, творческими коллективами.
«Особое внимание будет уделено обрядам, традиционной кухне и играм донских казаков, — рассказали организаторы. — География экспедиции в Волгоградской области включит Новоаннинский, Кумылженский, Алексеевский, Серафимовичский районы и Михайловку».
По итогам экспедиции будет создан документальный фильм, а объекты нематериального этнокультурного наследия казачества внесут в региональный и федеральный реестры.